Деревня, центр Окнийской волости. Местные легенды производят название от «окно». По одной версии, некогда на холме здесь стояла церковь с большими окнами, блеск которых был виден издалека, оттого село так и назвали. По другой - «Окни» это «окно» суши между двух озер: Колошино и Крестцы. Погост Окны над оз. Окнями упоминается в ПК (1625 - 1627 гг.). В данной связке, как и большинстве подобных случаев, гидроним первичен. Современной название озера - «Крестцы» (см. «Крестцы»). Подобная связка «гидроним - ойконим» обеспечивает устойчивость названия во времени, именно подобные названия дошли до наших времен наименее искаженными: Вяз, Плай, Хряни, Бологое и др.. Там же, в ПК (1625 - 1627 гг.) упомянуто название Оконского пригубка, административно-территориальной единицы времен новгородской независимости (до 1478 г.).
На Псковщине и прилегающих территориях есть немало местных географических терминов с основой «окн»: «окнище» (псков.) - трясина, топкое место, прорубь во льду; «вокно», «вокнище» (смол.) - глубокий пруд, омут; «окнила», «оклина» (смол.) - болотное место во впадине бывшего озера; «вокнишча» (белор.) - отверстие в тонком болоте. В ряде местных говоров «окно» означает «озеро, скрытое со всех сторон холмами, лесом, где активно идет процесс заболачивания». Данное объяснение подходит, но лишь отчасти - зарос и превратился в болото лишь восточный залив озера, да и то - наполовину. Посреди этого болота имеется довольно большое пространство чистой воды - «окно».
Какова же этимология данного апеллятива? Если расширить ареал поисков, то выяснится, что подобные гидронимы широко распространены на территории Польши, Чехии и восточной Германии, причем наряду с привычными для наших мест «болотными» значениями весьма много названий озер и рек имеют тот же корень: рр. Окница в восточной Германии и Польше. Древнепольский апеллятив «окно» - родник, ключ, небольшое озеро.
Но ведь именно оттуда, с запада, пришли в наши места первые славянские поселенцы, кривичи. Они-то и принесли сюда эти названия. И в наших местах есть реки и озера с подобными названиями: оз. Окнища в Холмском уезде, р. Окна в Торопецком, оз. Оконно в Шелонской пятине Новгородской земли (Р. А. Агеева (Географические апеллятивы в гидронимии западной части Калининской области и прилегающих районов Северо-Запада РСФСР. // Топонимия центральной России. «Вопросы географии», № 94, 1974 г., с. 198). То, что подобные названия фиксируются за пределами расселения ареала кривичей, ничего не меняет - на юге, откуда явились остальные племена, в том числе и словене ильменские, также имеются гидронимы на «окн»: рр. Окница в Молдавии и Румынии, р. Окна в Одесской области и др.. Данный апеллятив является общеславянским.
Интересно следующее - в наших местах местные географические термины на «окн» имеют значение «болото», тогда как названий озер с подобной основой сравнительно немного. Заболачивание - процесс по историческим меркам сравнительно недолгий, многие современные болота «всего-то» 1000 - 1500 лет назад были вполне приличными озерами. Данные в древности названия соответствовали своему изначальному смыслу, но с течением времени озера превратились в болота, и поменял смысловое значение апеллятив. Названия же озер на «окн», скорее всего, очень древние, ведь имена свои они получили еще в том, изначальном смысле слова. Таким образом, гидрониму «Окни» может быть около полутора тысяч лет.
Каков же смысл апеллятива? Толстой (с. 157 - 207) выводит термин от «око» - глаз, доказывая это на ряде примеров, в том числе и из диалектов и неславянских языков. Но возможна и другая версия: «окни» - от праславянского «*okopnoty» (окунуть, купать). Тогда значение названия озера «Окни» будет что-то вроде «купель»? Глубоко символичное название, если учесть, что у подножия этого огромного водяного креста (оз. Крестцы) была поставлена одна из первых в наших местах Никольских церквей - предшественница нынешнего главного храма района - Свято-Никольского.
Уже говорилось о том, что связка «гидроним - ойконим» обеспечивает сохранность и неизменность древних топонимов. В случае же с Окнями произошло нечто особенное - озеро приняло новое, понятное всем имя «Крестцы» взамен старого, ставшего непонятным далеким потомкам кривичей. Оно осталось в наследство возникшему здесь погосту. Случилось это между XVII и XIX вв. - процесс естественного изменения названия редко проходит на памяти одного поколения.
Некогда погост Окни представлял интересный объект для археологических исследований, однако земляные работы в 80-х гг. ХХ в. мало что оставили от древнего некрополя на холме, исчезла и курганная группа - ее срыли при строительстве механических мастерских колхоза «Родина».

Источник: Словарь топонимов Новосокольнического района. Алексеев Ю.. http://nskslovar.narod.ru/slovar.htm, unknown, 0000 | Подробнее →

КомментироватьКартаПриложение

2 ноября 1989 года

«Новезиум, Нивезиум или Нуссия, знатный архиепископский город расположен на Галльской земле, на Нижнем Рейне в 6 или 4 милях от Кельна вниз по реке Эрфт» - так писал Мериан в 1646 году в своем знаменитом «Описании знатнейшего города и места в архиепископстве Майнц, Трир и Кельн». Название Новезиум происходит от латинского слова «новио» - новый и, возможно, означает (гипотеза К. Рюгера) «новый лагерь».
История города Нойсса начинается еще с римских времен. Самые ранние находки свидетельствуют о том, что древнейший римский лагерь на территории нынешнего Нойсса появился за 16 лет до рождения Христа. В бывшей лагерной деревне - сегодня это городской район Гнаденталь - еще можно восхищаться языческим храмом IV века Кюбеле.
Издавна Нойсс имел большое значение как церковное предместье. Под нынешним собором Святого Квиринуса были раскопаны в 1962 г. фундаменты церкви эпохи Каролингов. Здание, предшествующее собору, служило вначале в качестве приходской церкви, а затем женского бенедиктинского монастыря, основанного в 950 г.. Немного позднее были перевезены из Рима в Нойсс мощи мученика Квиринуса.
Нойсс оформился полностью как город не позднее 1200 года вслед за древнейшими городами рейнвестфальского региона. Грамота от 1190 г., подписанная королем Генрихом VI, доказывает наличие городского образа жизни поселения: функционирование экономики, конституции и права.
В позднее средневековье Нойсс достиг наибольшей степени развития, этому способствовали такие ремесленники, как ткачи, пекари, пивовары, кожевенники. Жители Нойсса в основном торговали вином, зерном и скотом.
В 1585 - 1586 гг. Нойсс был дважды захвачен во время Кельнской войны. После захвата испанцами в 1586 году город был в значительной степени уничтожен пожарами. После 1600 года Нойсс пережил определенный экономический взлет и смог улучшить свое положение по отношению к наместникам. Но оккупация с 1642 по 1651 гг. гессенцами, различные войны во время правления короля Людовика XIV, оккупация Францией и контрибуции настолько усилили бремя налогов, что в его развитии наступил необычайный спад, который прекратился только в XIX в..
Характерным для развития города в XIX в. была постройка снабженческих объектов. Частные лица построили в 1858 г. первый газовый завод. Снабжение электричеством в Нойссе началось в 1905 году. На рубеже столетий появились первые электрические трамваи. В 1901 году возникла небольшая железная дорога Дюссельдорф - Оберкассель - Нойсс.
Для экономики Нойсса решающее значение имеет порт. Расширение порта в начале XX века способствовало развитию индустрии цветных металлов, увеличилось число предприятий химической и целлюлозной промышленности. Порты Нойсс и Дюссельдорф планируют в будущем действовать под общим флагом. С образованием объединенного порта Нойсс - Дюссельдорф возникнет третий по величине внутренний порт Германии.
В настоящее время в Нойссе располагаются фирмы по производству карбюраторов, машин и бумаги.
Главными историческими достопримечательностями г. Нойсса являются собор Св. Квиринуса, Вогтхаус, Обертор (главные ворота города), Мариенкирхплатц.
С 1925 г. существует в Нойссе Рейнский федеральный театр, который сегодня называется Ландестеатр Нойсс.
Движение стрелков, имеющее в Нойссе глубокие корни, в 1823 году пережило свое второе рождение. Традиционно городской Фестиваль Стрелков проходит каждый год в первое воскресенье августа.
«Ночь 1000 огней» привлекает в середине сентября десятки тысяч гостей в центр Нойсса. Между Верхними воротами и площадью Мариенкирхплатц зажигаются тысячи факелов, свечей и светильников.
В сентябре 2003 г. в районе Нойсса Хамфельд открылась интернациональная школа на Рейне. Интернациональный педагогический состав проводит обучение более 70 школьников на английском языке.
Рост Нойсса в XIX - XX вв. наглядно иллюстрируется следующими цифрами. В 1799 г. жило 4400 чел. в 663 домах. В составе Прусской провинции Рейн в 1816 г. Нойсс со своими 6333 жителями после Кельна, Дюссельдорфа, Бонна и т. д. был на десятом месте. В 1880 г. Нойсс имел ровно 17500 жителей, находился на 18 месте.
Город расширился перед I мировой войной. На рубеже столетий были включены в состав городской общины части Хеердта, Бюдериха и Каарста, затем в 1929 г. Гримлингхаузена, Одесхайма, Векхофена. Количество жителей возросло с 40 тыс. в 1910 г. до 100 тыс. в 1963 г., а в настоящее время составляет почти 150 тыс.. Площадь города в настоящее время увеличилась примерно с 30 до 100 тыс. км кв..
История инициатив, взаимоотношений между немецким городом Нойссом и российским городом Псковом началась в 1989 г.. Был подписан «Договор о сотрудничестве и развитии дружеских связей между городами Псков и Нойсс» 2 ноября 1989 г.. С начала установления официальных связей между городами систематически осуществляются программы по обмену делегациями спортсменов, студентов, школьников, медицинских работников, художественных коллективов, артистов. В центре многих акций и мероприятий оказались вопросы гуманитарной помощи со стороны населения города Нойсса жителям Пскова. В 1990 году был создан «Псковский круг» в Нойссе. Члены этого клуба активно помогают школе-интернату г. Пскова, малоимущим.

Источник: Породненные города Пскова. Коллектив авторов. Псков, ГП «Псковская областная типография», 2004 | Подробнее →

КомментироватьКартаПриложение

1740 год — 1807 год

Пск. помещик, генерал от инфантерии, усмиритель восстания Пугачева, участник Семилетней (1756 - 1763) и русско-турецкой войн. Место смерти - Бухарест. В 14 лет был зачислен в Измайловский полк. Первое боевое крещение получил в войне с Пруссией. Был ранен, лежал среди убитых. Командир полка А. Бибиков вынес его с поля боя. В 1761 брал прусскую крепость Кольберг. В 1768 во время войны с Турцией отличился в битве при м. Ларга Бессарабской губ.. Повышен в звании и переведен в Каргопольский карабинерный полк. В 1773 одержал победу над пугачевцами у Черного Яра и под Казанью. Екатерина II пожаловала М. орд. Св. Георгия 3 ст., чин полковника и 1000 душ в Невельском у. Витебской губ.. В 1786 в чине генерал-поручика М. отправился на войну со Швецией. После заключения с нею перемирия был одарен бриллиантами. В 1803 - военный губернатор Витебской губ.. В 1806 - главнокоманд. сводной Днестровской армией. Перед смертью в его имении Иваново была построена каменная церковь рождества Иоанна Предтечи. В ней он и похоронен.

Источник: Псковский биографический словарь. Под общ. ред. В. Н. Лещикова. Псков, ПГПИ, 2002 | Подробнее →

КомментироватьКартаПриложение

1826 год — 1885 год

Место смерти - Вел. Луки. Митрофорный протоиерей, настоятель Успенской кладбищенской церкви г. Вел. Луки в 1848 - 1885. Открыл с разрешения Палаты Гос. имуществ 11.10.1860 при церкви школу с двухгодичным курсом для обучения крестьянских девочек. Школа священника Пульхерова существовала 14 лет. Преобразована позднее в городское женское училище. В нач. 60-х XIX в. школа была принята под покровительство Государыни Императрицы. Супруга П., Екатерина Ивановна, в 1861 была удостоена «За ревностное, безвозмездное преподавание рукоделия» высочайшего подарка - алмазных серег и брошки. В декабре 1862 для поддержки и распространения грамотности среди крестьян П. открыл безвозмездно сельскую библиотеку, в которую приобрел свыше 400 экземпляров книг. «За особое усердие и весьма хорошие успехи в обучении крестьянских детей» П. получил благодарность от Министра Палаты Гос. имуществ, выраженную в рескрипте его от 16.02.1862. В 1865 - 1885 П. являлся уездным благочинным. В 1874 - 1880 - законоучителем в Великолукском городском трехклассном училище. В 1885 исправлял должность деп. на съезде духовенства Пск. епархии.

Источник: Псковский биографический словарь. Под общ. ред. В. Н. Лещикова. Псков, ПГПИ, 2002 | Подробнее →

КомментироватьКартаПриложение

1860 год — 14 апреля 1912 года

Место смерти - Кострома. Полковник, нач-к Пск. каторжной тюрьмы (централа) в 1903 - 1912. Окончил кадетский корпус, на военной службе в офицерских чинах с 1881 - преимущественно в тюремном ведомстве: нач-к дисциплинарного батальона, в 1886 - 1903 - помощник нач. Варшавской военной тюрьмы, откуда переведен нач-ком Пск. централа. В 1908 получил звание полковника по тюремному ведомству. Зарекомендовал себя жестоким отношением к заключенным. В 1907 усмирял «голый бунт» в Смоленской каторжной тюрьме, в Пск. централе, где в разное время содержалось от 800 до 1000 заключенных, в т.ч. политических, основными средствами «воспитания» являлись карцер, массовые наказания розгами и «клетки» - маленькие одиночные камеры с решетчатыми дверями и потолком, без окон и мебели. После массовой голодовки каторжан в декабре 1911, получившей широкую огласку в России, снят с должности, переведен с понижением в Кострому, где вскоре умер.

Примечание: Год рождения указан приблизительно.

Источник: Псковский биографический словарь. Под общ. ред. В. Н. Лещикова. Псков, ПГПИ, 2002 | Подробнее →

КомментироватьКартаПриложение

22 января 1904 года — 30 апреля 1984 года

В. А. Акатов родился 22 января 1904 г. в д. Поддубье Лужского уезда Петербургской губернии. Отец Акатов Абрам Ефремович - из крестьян Воронежской губернии, до 1917 г. работал портным на Петроградской военной фабрике, с 1917 г. - крестьянин д. Поддубье Лужского уезда. Умер в 1924 г.. Мать Громова Мария Ивановна - уроженка д. Поддубье Лужского уезда Петербургской губернии, из крестьян. В. А. Акатов окончил Поддубское 2-х классное земское училище в 1917 г., поступил в Запольскую школу садоводства. После ее окончания в 1920 г. - садовник совхоза «Бельск» (под Лугой). В 1922 г. Лужским укомом РКСМ был направлен на учебу в Петроградскую областную совпартшколу им. К. Цеткин. После окончания совпартшколы В. А. Акатов был направлен инструктором в Устюжский, затем Кингисеппский укомы ВКП (б). В 1926 году В. А. Акатов был призван в ряды РККА, служил в Ленинграде в 20-й стрелковой дивизии помкомвзвода роты связи. После демобилизации в 1928 г. работал в Ленинграде секретарем комитета ВЛКСМ фабрики «Нева», инструктором Выборгского РК ВЛКСМ, редактором газеты «Свердловец» завода имени Я. М. Свердлова. В 1929 - 1930 гг. учился в Коммунистическом институте журналистики им. Воровского в Ленинграде. С 1933 г. В. А. Акатов - редактор Стругокрасненской районной газеты «Колхозная стройка», сотрудник редакции газеты «Псковский колхозник». В сентябре 1939 г. В. А. Акатов был снова призван в РККА, в должности политрука батареи 49-го корпусного тяжелого артиллерийского полка участвовал в войне с Финляндией. После демобилизации и до начала Великой Отечественной войны В. А. Акатов работал в редакции газеты «Псковский рабочий», заместителем заведующего отделом кадров Псковского горкома ВКП(б), вторым секретарем Псковского райкома ВКП(б). В период Великой Отечественной войны В. А. Акатов был на оккупированной немецко-фашистскими войсками территории - членом Псковского межрайонного подпольного партийного центра 1-го формирования, заместителем руководителя Псковского партийного подпольного центра 2-го формирования, председателем оргтройки Псковского района, и одновременно - редактором газеты «Псковский колхозник». На оккупированной территории Акатов принял участие в организации 12 партийных и 10 комсомольских подпольных организаций и 7 партизанских отрядов. В период освобождения Псковского района от немецко-фашистских захватчиков в феврале 1944 г. В. А. Акатов был назначен первым секретарем Псковского райкома ВКП(б), с 1949 г. работал председателем колхоза, редактором районной газеты, председателем профкомов ряда совхозов Псковской области. С 1966 г. находился на пенсии, был пенсионером республиканского значения. В. А. Акатов являлся членом партийной комиссии при Псковском райкоме КПСС, председателем партизанской секции городского Совета ветеранов, вел активную патриотическую работу среди молодежи. Награжден двумя орденами Красной Звезды (1940, 1942 гг.), орденом Богдана Хмельницкого (1944 г.), орденом Отечественной войны 2-й ст. (1945 г.), медалями «Партизану Отечественной войны» 1-й ст. (1942 г.), «За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны», «За оборону Ленинграда», «За победу над Германией». Виктор Абрамович Акатов умер 30 апреля 1984 г..

Источник: Первые дни Великой Отечественной войны в Пскове (из воспоминаний) // Псков, № 40. Сафронова М. Н. (?). Псков, unknown, 2014 | Подробнее →

КомментироватьКартаПриложение

Датируется временем 40 - 10 тыс. лет назад. Время существования человека современного типа Homo sapiens. Пластинчатая техника. Больше 1000 стоянок открыто на территории нашей страны. Загонная охота. К концу периода появляются лук и стрелы. Широко развивается скульптура, пещерная живопись.

Источник: Археологический словарь. Матюшин Г. Н.. М., Просвещение: АО «Учеб. лит.», 1996 | Подробнее →

КомментироватьКартаПриложение

1926 год

Деревня в Дновском районе, в 9 километрах на северо-восток от районного центра.
Основана в 1926 году переселенцами из окрестных деревень. Название получила от одноименного урочища (от древнерусского имени Черемно, Чермный - рыжий).
В начале 30-х годов XX века в новой деревне был создан колхоз «Красное Черемново». Его возглавила Акулина Ивановна Иванова, едва ли не первая на Псковщине женщина, занявшая пост председателя колхоза. В 1933 году член Союза художников СССР А. В. Уханова написала портрет А. И. Ивановой, который находится в Псковском историко-художественном музее-заповеднике. Позже художница написала еще несколько полотен о черемновцах. Одно из них - групповой портрет колхозников во главе с А. И. Ивановой - приобрел известный советский художник И. И. Бродский.
Ср. Черма.

Источник: О чем говорят географические названия: Историко-лингвистические и краеведческие заметки. Мельников С. Е.. Л., Лениздат, 1984 | Подробнее →

КомментироватьКартаПриложение

Псковичи любят свой древний город. Они интересуются прошлым своего города и хотят знать его историю. Среди вопросов, которые особенно часто приходиться слышать от псковичей, заслуживает особого внимания и требует научного ответа вопрос о времени основания Пскова.
Такой вопрос встал 400 лет тому назад перед составителем Псковской летописи. Летописец обратился к документам, которыми он тогда располагал, т. е. к более древним псковским и новгородским летописям, и дал такой ответ: «А о Плескове граде от летописания не обретается воспомянуто от кого создан бысть и которыми людьми, токмо уведохош, яко был же в то время, как наехали князья Рюрик с братьею из варяг в словене княжить: понеже поведает, яко Игорь Рюрикович взят себе жену Ольгу от Плескова».
И действительно, в древнейшей псковской летописи, составленной в 1039 г., встречается первое упоминание о Пскове: «Игорь седе Кыеве княжа: и приведе собе жену от Плескова, именем Ольгу».
Произошло это, по мнению летописца, в 903 году. Подобное же известие имеется и в древнейшей новгородской летописи, составленной в 1050 г.. Нет оснований не верить этим сообщениям, т. к. составители летописи располагали более древними записями, пользовались воспоминаниями, преданиями. На эти-то летописные известия и ссылается псковский летописец XV века.
Как видим, в этих древнейших летописях нет даже и намека на общеизвестный в Пскове рассказ о происхождении княгини Ольги из села Выбут и об основании ею Пскова. Не знает такого рассказа и Псковская летопись, составленная на основании более древних источников. Значит, 400 лет назад такого рассказа еще не было, иначе псковский летописец не упустил бы случая внести его в свой труд.
Установлено, что рассказ этот сочинен в Пскове во второй половине XVI в., т. е. через 100 лет после составления Псковской летописи. Известен и автор этой выдумки - священник Василий - Варлаам, бывший в 1560-х гг. настоятелем Крыпецкого монастыря. Он сочинил целый ряд «житий», т. е. церковных биографий разных святых, например, князя Всеволода, князя Александра Невского, Саввы Крыпецкого, княгини Ольги и др.. Цель «житий» заключалась в прославлении святых, «жития» громко читались в церквах во время богослужения.
Даже среди церковных «писателей», которые не церемонились с фактами и старались нагромоздить в своих произведениях всяческих чудес, Василий отличался особой бесцеремонностью. Известный русский историк В. О. Ключевский уже 70 лет назад дал Василию нелестную характеристику за его отсебятину, сознательное искажение фактов, многословие и др.. Василий выдумал и внес в свое «житие» Ольги рассказ о том, как она, придя на место впадения реки Псковы в реку Великую, где теперь стоит псковский Кремль, нашла здесь дремучий лес. Стоя на этом пустынном месте, она предсказала, что здесь будет выстроен Троицкий собор и на месте лесных дебрей вырастет большой город. Развивая свою выдумку, Василий рассказал, что Ольга прислала даже деньги на постройку церкви, положившей основание городу Пскову.
Благодаря широкой и длительной агитации церковников выдумка Василия получила широкую известность. Особенно сильно Ольга рекламировалась с половины прошлого века: появились книжки, излагавшие рассказ Василия, был установлен ежегодный крестный ход из Пскова в Выбуты, собирались поставить в Пскове памятник Ольге. Не удивительно, что и теперь еще можно услышать в Пскове, что город был основан княгиней Ольгой.
Некоторые старые исследователи поверили выдумке Василия, и она перешла в историческую литературу. Но более добросовестные историки оспаривают достоверность сведений, помещенные в «житии» Ольги и соглашаются с Псковской летописью.
Небольшие раскопки, произведенные в 1930 и 1936 гг. в псковском Кремле, доказывают, что прав именно летописец и следовавшие за ним историки. Во время раскопок были обнаружены такие вещи, которые были в употреблении не позднее VI - VII веков, т. е. 1400 лет назад. Вещи эти, хранящиеся в Псковском историческом музее, свидетельствуют о том, что при Ольге, т. е. 1000 лет назад, на месте Кремля был не дремучий лес, а поселение, в котором уже много веков жили люди. Поселение это было укреплено земляным валом с частоколом из заостренных бревен. Подобные же селения, очевидно, были на месте Петропавловской церкви, на Гремячей горе, на месте Мирожского монастыря и в других пунктах, занятых современным Псковом.
Наряду с Киевом, Черниговом, Полоцком, Ладогой и др. Псков относится к числу древнейших русских городов. Русские города развивались из поселений первобытных людей и благодаря удобному местоположению превращались в крупные центры, игравшие большую роль в истории Русской земли.

Примечание: Статья научного сотрудника Института истории АН СССР Аркадия Васильева из газеты Псковский колхозник от 14 сентября 1939 года цитируется по газете Псковская правда от 19 октября 2016 года.

Автор: admin | Подробнее →

КомментироватьКартаПриложение

В качество одного из образцов топонимического обследования ограниченной части территории Озерного края рассмотрим географические названия небольшого участка Куньинского р-на Псковской обл., прилегающего к так называемым Жижицким озерам. Здесь находятся весьма значительные озера: Жижицкое (Жизцо) и Двиньё, или Двинское, с Велинским, а также целый ряд менее значительных - Кодосно, Эдрица, Жихто, Девято - и много малых озер. Все они принадлежат к бассейну Западной Двины, как и протекающие тут речки Кодосница (вытекает из оз. Кодосно и впадает в оз. Жизцо), Весеча (впадает в то же озеро), Жизца (вытекает из оз. Жихто и впадает слева в Западную Двину почти рядом с другой рекой - Торопой). Станция Жижица, в окрестностях которой расположена описываемая местность, стоит на железной дороге Москва - Великие Луки (426 км от Москвы, 52 км от Великих Лук). Еще на карте прошлого века эта станция носила название Жижца, только впоследствии на основе народной этимологии превратившись в Жижицу.
Что касается населенных пунктов, то за истекшее столетие со времени составления карты 1867 г. здесь произошло много перемен по вполне очевидным причинам: расселение по хуторам (отрубам), происходившее в течение нескольких десятилетий, а затем коллективизация, сопровождавшаяся позже укрупнением хозяйств, что привело к некоторому сокращению числа названии населенных пунктов. Нам пришлось наблюдать эти процессы более полувека, а более старые явления устанавливать на основе рассказов представителей старшего поколения, среди которых было несколько лиц в возрасте свыше ста лет. В еще более отдаленные времена можно проникнуть с помощью письменных источников, которых оказалось достаточно для того, чтобы дойти, по крайней мере в отношении отдельных наименований, даже до середины XII в..
Прежде всего скажем несколько слов о том, какие перемены в названиях населенных мест произошли в дореволюционное время, т. е. примерно с 1860-х годов по 1917 г.. Перемены эти коснулись главным образом мелких объектов, т. е. хуторов, то возникавших на новых местах, то передвигавшихся в другие (где-нибудь неподалеку), часто под иным названием. Объясняется это передвижение системой здешнего крестьянского хозяйства, так называемой лядинной (или подсечной), так как леса тут были обширные; обрабатывать землю такого рода приемами представлялось наиболее выгодным, но это требовало неизбежных перемещений. Поэтому, например, в середине XIX в. на правом берегу упомянутой речки Кодосницы стоял хутор Васильки, а спустя несколько лет он переместился на левую сторону этой же речки, получив название Комарово. Примерно в то же время на правом берегу этой же речки возник хутор Барабаново, на карте 1867 г. отсутствующий.
Хутора Барабаново теперь нет; однако название это не изгладилось из памяти населения, называющего место, где стоял хутор, именем Барабаниха. Деревня, носившая на карте 1867 г. имя Засеновка, сохранилась, но местные жители называют ее теперь Засеново или Засенова.
На карте у оз. Кодосно расположена дер. Мамонова, но не указана рядом находившаяся Бурая деревня (название состоит из двух слов). Теперь Мамонова исчезла полностью, тогда как Бурая деревня продолжает выделяться местным населением в особую единицу, несмотря на то что она уже сливается с поселком при станции Жижица, выросшим после коллективизации.
Сохранились на оз. Кодосно также деревни Савина, Домнина и Ляохина (на карте 1867 г. Левохина), причем, хотя Домнина в настоящее время влилась в дер. Савину, все же память об отдельном Домнине сохранилась. Помещенное картой прошлого века на восточном берегу оз. Кодосно с. Высокое давно носит иное название: Хмелево село, причем слово «село» обычно не опускается.
Сельцо Юшково, указанное па той же карте, давно исчезло (до революции), но на протекающей здесь небольшой речке сохранились следы лет 50 тому назад еще работавшей мельницы; речку называют Юшковской речкой или Борисихой.
Таким образом, мы видим довольно значительные перемены в названиях населенных мест у оз. Кодосно, происшедшие за сто лет.
На побережье оз. Жизцо, чаще всего называемого теперь Жижицким - по имени железнодорожной станции (вторичное явление), можно отметить следующие перемены по сравнению с используемой картой: исчезла дер. Татырина (с 30-х годов); с. Михайловское сохранило свое прежнее название, но чаще всего называется именем Сельцо; дер. Островки превратилась в Остров; дер. Анашкина нередко называется теперь Парны, не потеряв и прежнего наименования; с. Петровское не существует ныне. Остальные названия сохранили прежнее звучание: с. Наумово (Коровино) - бывшее имение знаменитых мореплавателей Чириковых, Пошивкин (бывш. погост), Карева (бывш. деревня Мусоргских, где родился знаменитый композитор М. П. Мусоргский; на карте ошибочно: Корева), Белавина (на карте ошибочно: Белявина), Залучье, Горки (слились под именем Залучья), Жизцы, или Жижиц (бывш. погост, стоявший на месте древнего русского города Жизца, известного, как увидим, с середины XII в.), Ластовка, с. Каськово, Вздрычок, Узмень, Подозерье (бывш. Сельцо), Спицына, Нежельская (или Нежельское - известно с XVI в.), Байкова, Равонь (Ровонь), Остров, Михайловское (Сельцо).
Таким образом, многие названия населенных пунктов обнаруживают большую устойчивость, иные даже в течение ряда столетий, с чем мы ознакомимся подробнее далее. Что касается природных объектов, то их следует описать отдельно.
Оз. Кодосно - сравнительно небольшое (около 5 км длины) - имеет острова: Владычин (особая тоня), Соколы, Иржавец, Попрядыха, Михалков, Осье; полуострова: Колтырин рог, Городищенский рог, Свинух (последний отмечен на карте 1867 г.); тони и плесы: Болваниха (или Болвановка), Тупница (Тучница), Лапонь, тоня Сопки, Ореховица, Барабановский берег, Тумановский берег, или Савинский (Савинская речка).
Жижицкое озеро (Жизцо) имеет острова: Кошучий, Звериный, Ловчий, Липка, Хотенка, Хвойня, Клишивицы, Чалповка, Березки (два), Осинки (два), Дубый (два), Юхтин, Городище Б. и М., Волынь, Коза, Козел, Вороний, Долгий, Седеный, Телятник, Лукий, Серебряный (Серебряник), Кромешный (на карте: Окромешный), Святой, Навцы, Подпах, Ухо и ряд других, менее крупных; луки: Куровня, Ивановна, Парпа, Грибаха, Ластовка и др.; мели («уссухи»): Особье (Особие на карте) и др.; мысы: Ясов рог, Шишов рог, Лукий рог (два), Очкасовский, Долгинский (два), Весецкой, Пошивинский, Каревский, рог Замой, рог Коза, рог Волынь; плесы: Узменское, Равонское и др..
Только некоторые из этих объектов попали на карту 1867 г., причем многие названия, как указано в примечании, сильно искажены. Дальше к югу через узкий и короткий проток (Узмень, на котором стоит одноименная деревня) попадаем в оз. Жихто, или Жыхто (на карте: Жекто), на котором отметим весьма древнее селение Устьяны, стоящее при истоке р. Жизцы из оз. Жихто. Далее на Жизце следует довольно значительное селение Ямище, а ниже него - погост Прилуки с Горожней (Горожня). Жизца (на карте: Жижца), как уже указывалось, впадает в Западную Двину {длина Жизцы 32 км).
На оз. Двиньё отметим дер. Кретивлю, погост Двин-Покровское, острова Жерелок, Березовец, речку Двинку, вытекающую из продолжения Двинья - оз. Велинского и впадающую в Западную Двину (на ней Селище, бывшее сельцо). Укажем только наличие многочисленных памятников древности на всем пути от оз. Кодосно до Западной Двины: много сопок - частью уже попорченных или совершенно распаханных, частью в превосходной сохранности; целый ряд мест с наименованием Городец, Городищенский рог на Кодосне, Городец у Анашкина (Парны), у Залучья (следы древнерусского города Жизца - на месте, где до 1941 г. стоял погост Жижиц), Городище у истока р. Жизцы из оз. Жихто и др..
От еще более отдаленной древности здесь сохранилось много неолитических стоянок - по оз. Кодосно, речке Кодоснице, Жижицкому озеру, р. Жизце. Таков фактический топонимический и археологический материал, относящийся к данной местности. Обратимся теперь к древнейшим источникам, говорящим об этих местах.
Первым по времени таким источником является «Уставная грамота Смоленской епископии» князя Ростислава - Михаила Мстиславича (внука Владимира Мономаха) и епископа Мануила, составленная в 1150 г..
Грамота определяла десятину (десятую часть) от доходов князя в пользу смоленского епископа (эти земля в XII в. входили в состав Смоленского княжества). Вместе с Торопцем, платившим князю огромную по тому времени сумму в 400 гривен, указан также и г. Жижець, или Жизець {«из Жизця», «в Жижци»), который выплачивал 130 гривен, т. е. тоже весьма значительную дань. Заметим попутно, что указанные в грамоте формы названия этого города в точности сохранялись в речи местных жителей еще полвека назад в применении к существовавшему тогда погосту Жизцу (нами зафиксированы общеупотребительные в то время формы: в Жизци (у Жизци), Жизця, иногда Жижчя.
Таким образом, древняя традиция оказалась весьма устойчивой. В дальнейшем судьба г. Жизца сложилась следующим образом: в конце XII - начало XIII столетия он вошел в состав Торопецкого княжения, обособившегося от Смоленского {одним из торопецких князей был знаменитый Мстислав Удалой, являвшийся одновременно и князем Новгорода Великого).
В 1245 г. Новгородская I летопись упоминает г. Зижьчь (Жизичь в одном из списков) в связи с победой Александра Невского над литовскими княжичами, совершившими набег на Торжок и Бежицы и отступавших на Торопец и Жижиць (Александр: «...би я под Зижьчем»}. Жижиць после этого недолго оставался в составе Руси, как и город Торопец: «Список городов», памятник сложный, восходящий по крайней мере частью к XIV в., указывает оба эти города в числе литовских. Таким образом, Жижиць оказался под властью Литвы до рубвжа XV - XVI вв..
Судьбу Жизца в то время можно отчасти проследить по актам Литовской метрики. Так, например, в 70 - 80-е годы XV в. «волостку Жижец» держат витебские бояре, которые имели с Жизцем, как и с Торопцем, прямое водное сообщение (по Западной Двине и ее притокам). Примерно в 1500 г. Жизец вместе с Торопцем снова воссоединяется с Русью. Духовное завещание Ивана Грозного (1572 г.) упоминает «город Торопец, и волости Торопецкие, Данково, Любуту, Дубню, Рожну, Туру, Бибиреву, Старцову, Нежельскую, Озерскую, Плавицкую, Жижецкую, Казариновскую».
Заметим, что все указанные здесь населенные пункты сохранили свои имена и ныне. Мало того, в XX в. большинство этих древних волостей представляли волости и в административном делении предреволюционных лет. Последний раз Жижиц (Зижча) как город обозначен на известной карте царевича Федора Борисовича Годунова, изданной в начале XVII в. за границей Гесселем Герритсом, но составленной еще до начала Смуты. По-видимому, он перестал существовать как город как раз в это время, так как здесь действовали литовско-польские отряды Сапеги, от которых отбился Торопец, но, видимо, не устоял Жижиц. После этого здесь остался лишь погост Жижиць (Жизець) с деревянной церковью древней постройки. Впоследствии, уже в начале XX в., на узком и длинном Жижицком роге кроме церкви было всего два дома церковного причта и один дом рыбака.
Превосходно сохранившееся городище (Горка, или просто Бугор) содержит много вещей, как показал пробный шурф, взятый экспедицией Ленинградского отделения Института археологии в 1950 г.. О г. Жизце на месте существует только одно предание: « ... город шел мелким строением от Жизца до Полибина», т. е. на довольно значительное расстояние. Впрочем, трудно сказать, насколько это предание отражает древнюю действительность. Очень возможно, что это просто позднейшее соображение, вытекающее из распространения ряда названий Городище и Городец от Жижицкого погоста до дер. Полибино.
Значительно более интересным пережитком древнего «городского» состояния Жизца являются наблюдавшиеся еще до 1930-х годов оживленные местные ярмарки (особенно в Ильин день - 2 августа и в крещенье - 19 января). Ни одно из других окрестных населенных мест не имело подобных многолюдных и известных ярмарок, что показывает исключительное значение именно Жизца в далеком прошлом. Таковы вкратце сведения по истории Жизца - первоначально города, затем погоста. В настоящее время сохранилось лишь городище.
Обратимся теперь еще к одному важному документу, связанному если не с г. Жизцем, то с одноименным озером, на котором, как мы видели, стоял этот город. Это торопецкая писцовая книга 1540 - 1541 гг., которая содержит описание г. Торопца и окружающих его земель, в том число части побережья Жижицкого озера, а также берегов р. Жизцы и других мест.
Из этих мест, указываемых писцовой книгой, отметим: волости Любуту, Туру, Нежельскую (в последней - «село Нежельцы над озером Жижцом над Большим», «село Устьяне, а живут в нем ямщики», «озеро Жижцо Меньшое», «река Жижца»); волости Данкову, Старцеву, Казаринскую, Дубну и т. д. - в полном соответствии с позднейшим завещанием Ивана IV, написанным 32 года спустя.
Таким образом, мы видим прекрасную сохранность здешних географических имен: почти все имена, указанные торопецкой писцовой книгой 1510 г., дошли до нас. Обратим внимание на некоторые из этих названий.
Во-первых, легко заметить, что тогда (в 1540 г.) теперешнее Жихто (с очень неопределенными звуками, которые у нас обозначены буквами к и х), на карте - Жекто, носило название Жижохто. Это полностью объясняет, почему речка, вытекающая из этого озера, носит название Жижца или Жизца: оз. Жижцо - оз. Жижохто - р. Жижца, а название Жихто - Жекто оказывается позднейшей упрощенной формой. Далее, в писцовой книге 1540 г. нет селения Ямище, обозначенного на современной карте, тогда как расположенные выше и ниже по р. Жизце деревни Устьяне и Прилуки существовали и тогда. Зато при Устьянах был Устьянский ям, в котором жили ямщики; ям этот впоследствии был упразднен, но поселок остался, получив наименование Ямище, т. е. «место, где был ям», как Селище - «место, где было село», Городище - «место, где был город» и т. п..
Таким образом, происхождение названия существующего до сих пор на р. Жизце селения Ямище известно нам во всех подробностях. Многие же другие географические имена сохранились от более ранних времен, чем XVI в.. В частности, можно быть уверенным, что названия Жижцо (Жизцо) - Жижохто - р. Жизца существуют по крайней мере со времен первоначального проникновения сюда кривичей. Подавляющее большинство географических названий этой местности имеет ярко выраженный славянский характер.
Немногочисленные названия прибалтийско-финского языкового склада попадаются очень редко, по большей части в самых глухих углах (речки Сергачма, Нетесьыа и некоторые другие), являясь ничтожными остатками дославянского времени. Многие географические названия так хорошо сохранились с первой половины XVI в., что характеристика писцовой книги 1540 г. может быть принята и как описание начала XX столетия: «Село Прилуки на речке на Жижце, а в нем церковь Борис Глеб» и т. п. - это точно соответствует как обстоятельствам 1540 г., так и данным 1916 г.. В действительности этот промежуток времени надо еще расширить в глубь веков, так как история с. Прилуки начинается, конечно, не с 1540 г., а гораздо ранее.
Во многих названиях поражают (при устойчивости древней основы) сильные и неожиданные колебания словообразовательных формантов. Теперешняя река Торопа в XVI в. носила название Торопица, т. е. формант с течением времени упростился. Оз. Чистое теперь называется Чистовским, в данном случае по вполне понятной причине - вследствие обратного воздействия названия с. Чистое на название озера. Село Нежельцы на оз. Жижцо теперь носит название соответствующей волости: Нежельская, или Нежельское, и т. п.. Явления этого рода, на которых здесь мы подробнее останавливаться не можем, показывают ненадежность опоры на форманты в топонимических исследованиях. Достаточно добавить, что на нашей памяти в этих местах речка Кодосница стала гораздо чаще называться Кодосна, а то и Кодоснянка, Барабаново превратилось в Барабаниху, Дубы - в Дубки и т. п..
Малая устойчивость формантов и колебания в оформлении географических имен могут составить особую тему.
Вернемся теперь непосредственно к тому материалу, который мы нашли путем сбора на месте и обращения к источникам. Уже было сказано, что материал этот почти исключительно славянский, в основной массе русский. Проверим это на отдельных примерах.
Совершенно очевидно возникновение - и притом позднее - многих названий сел и деревень: Юшково, Мамонова, Наумово, Барабаново, Комарово, Домнина, Белавина, Анашкина, Савина, о. Михалков (на оз. Кодосно) и т. п. - от имен, прозвищ и фамилий русского происхождения. Никакого сомнения нет и в отношении чисто русского происхождения таких названий, как Засеново, Бурая деревня, Высокое (Хмелево), Коровино, Сельцо, Остров, Михайловское, Карева, Залучье, Горка, Спицына и др. (деревни и села), Попрядыха, Соколы, Липка, Осинки, Березки, Вороний, Долгий, Телятник и др. (острова на озерах Кодосно и Жижицком).
Некоторые названия требуют, однако, объяснения; таково, например, название о. Кошучего на Жижицком озере. Здесь объяснение кажется на первый взгляд невозможным за отсутствием такого слова в русском языке, которое помогло бы определить основу названия. Весьма остроумное решение предложил однажды в беседе с автором данной книги глубокий знаток славистики акад. Борис Михайлович Ляпунов: он выбрал в качестве подобной основы не существующее в современном русском языке, но имеющееся в сербском слово кошута - «лань». С этим приходится согласиться ввиду того, что недалеко от о. Кошучего расположены острова Звериный и Ловчий, а сам Кошучий до сего времени нередко посещают косули.
На первый взгляд являются малопонятными и такие названия островов, как Хотенка, Клишивицы и некоторые другие. Произведены они от личных имен: языческого славянского имени Хотен (употреблявшегося и после введения христианства) и христианского имени Клим - в ласкательной форме Клиша. Название о. Хвошня происходит от обилия хвоща (хвошш в местном произношении); о. Лукий получил свое имя оттого, что представляет собой весьма характерную излучину, единственную в своем роде и резко отличающую его от всех остальных многочисленных островов Жижицкого озера. Острова с именем Дубый получила это название от дубов, на них растущих. Очень интересно название крупного острова Седеный (не Седёный!), получившего свое имя вследствие бывшего на нем «седенъя» какого-то поселенца (термин, часто употребляемый в писцовых книгах и других древних актах).
Любопытно также название другого крупного острова на Жижицком озере: Кромешный, т. е. «крайний» (к берегу), «внешний» (по отношению к большой группе островов около Наумова). Особенно интересно отметить тот факт, что остров с подобным же именем (Кромешный) имеется и на оз. Иван, расположенном километров за сто к западу от Жижицкого озера. Нетрудно по самому виду объекта определить причину, по которой лука Ластовка получила свое имя, как и стоящая здесь деревня (ластовка - узкий лоскут, в данном случае суши, врезающейся в озеро). Точно так же Волынь означает в местном говоре гору, высокий холм.
Мы уже говорили, что название о. Телятник не вызывает никаких сомнений в своей чисто русской принадлежности; однако полезно узнать, что название произошло от старинного здешнего обычая перевозить на этот остров с весны на лето все поголовье телят из ближних деревень (около дер. Парны - Анашкино}. Интересно название о. Осье на оз. Кодосно - оно значит просто «осинник» (местное слово осье означает осиновую поросль).
На первый взгляд малопонятным является название о. Владычин (Владычен), составляющего особую тоню на оз. Кодосно. Объяснение мы получаем из Смоленской уставной грамоты 1150 г., в которой указано, что от Торопецких и Жижицких озер шла епископу десятина «от рыб». По-видимому, здесь были тони, специально отведенные для ловли в пользу владыки (т. е. епископа), чем и объясняется название острова. Другой остров на оз. Кодосно - Иржавец - получил свое наименование от железистого источника с чрезвычайно холодной водой.
Рассматривая внимательно всю местную топонимику, мы можем повторить еще раз, что в подавляющем числе случаев установить славянскую природу географических названий этих мест не представляет никаких затруднений. Примеры редких исключений мы уже указывали (Сергачма, Нетесьма); здесь необходимо добавить, что неясно происхождение названий таких крупных объектов, как Жизцо и Кодосно.
Что касается имени оз. Кодосно, то существуют сходные названия, имеющие подобное же (или кажущееся подобным) оформление -сно, -сна., в котором акад. А. И. Соболевский в свое время видел наследие скифского языка. Это, конечно, невероятно, но и с точки зрения русских данных здесь не все ясно; основа также неясна. Приписывать же окончанию -сно (для озера), -сна (для речки) происхождение из прибалтийско-финского инессива (одного из местных внутренних падежей) тоже представляется недостаточно обоснованным.
В отношении же названий 1540 г. Жижцо - Жижохто - Жижца (Жизцо и т. д.) следует сказать, что эти названия вообще представляют уникальное явление - на всей территории СССР (как и в других славянских странах) нет ничего подобного. Надо еще раз подчеркнуть, что форма Жижица, как будто дающая некоторое сближение со словом «жижа», представляет новое явление; ничего подобного не было еще в первой половине прошлого столетия, а потому указанное сближение должно быть оставлено. Заметим еще, что форма Жижохто имеет аналогии и в русском материале (Должехто - тоже озеро - в Новгородских писцовых книгах), но очень редкие; но еще более поразительны аналогии с такими данными, как Шижохта - Шижегда, Сонохта, Молохта и многими другими, принадлежащими финно-угорскому миру. Поэтому выбрать здесь определенное решение о древнейшей языковой основе названия Жизцо и родственных ему пока трудно.
Возможно, что это и чисто славянское название с самого начала, но, может быть, и дославянское имя, только «ославяненное» пришедшими сюда кривичами еще в достаточно раннее время. Такие вопросы относительно очень древних наименований решаются обычно не без трудностей. Лучше подождать с окончательным заключением, чем впасть в ошибку.
Покажем теперь пример, когда географическое название, кажущееся на первый взгляд непонятным а даже несколько странным, получает совершенно исчерпывающее объяснение.
Речь идет о названии части леса около Жиишцкого озера: Мусорская лесная дача. Разгадка этого названия, оказывается, весьма проста: лес принадлежал помещикам Мусоргским, жившим в с. Кареве на берегу этого озера и писавшим свою фамилию Мусорские. Автору этой книги пришлось встречать стариков, помнивших еще о том, что Мусорская лесная дача принадлежала каревским помещикам. Таким образом, вопрос о принадлежности этого названия решается совершенно определенным образом.
Этот пример, однако, имеет и другую сторону. В бассейне р. Шексны, вытекающей из Болоозера и впадающей в Волгу, имеется маленькая речка и селение Мусора, указываемое писцовыми книгами XVII в., и там же находится Мусорский лес, что явно напоминает Мусорскую лесную дачу на берегу Жижицкого озера, за сотни километров от Пошехонья. Вся разгадка этого совпадения названий лежит в том обстоятельстве, что Мусорские (Мусоргские), по преданию, происходили из белозерских князей, носивших фамилии по названиям рек, на которых были расположены их владения (Курбские от р. Курбы, Кемские от Кемы, Ухтомские от Ухтомы, Судские от Суды и т. д.). Подобным образом сложилось и их родовое прозвище (Мусорские), ставшее в конце концов постоянной фамилией, тогда как княжеский титул был утерян, как это случилось со многими измельчавшими линиями Рюриковичей (особенно в XV - XVI вв.)...
Вернемся теперь еще раз к топонимике Жижицких озер и отметим здесь одно любопытное обстоятельство: перемену названий мелких объектов с каждым поколением.
Так, в конце прошлого - начале этого столетия на оз. Кодосно жил рыбак Кирилл Родионович Гольцев, изба которого стояла около маленькой излучины озера, удобной для ловли рыбы; все окружающие звали эту излучину Кирюхина лучка. После смерти старика здесь проживал его сын Федор - и появилось название Федькина лучка, возникшее само собою. Так бывает в очень большом числе случаев. Только иногда подобного рода названия мелких объектов обнаруживают неожиданную устойчивость. В качестве примера можно указать одно место на р. Весече, впадающей в оз. Жизцо, носящее название Антоновы езы. Езы - это особые заколы для ловли рыбы, обычно представляющие кольцо из кольев, вбитых в дно; внутрь кольца загружаются ветви деревьев, хворост и камни, так что ез - удобное место для скопления рыбы, чем и пользуются рыбаки. «Антон с Завесечья» - крестьянин, живший в XVIII в. в дер. Завесечье (за р. Весечей), обладавший необыкновенной силой, позволившей ему построить езы не из обыкновенных кольев, а из основательных дубовых стволов. Это обстоятельство так поразило воображение местных жителей, что название Антоновы езы сохраняется до сих пор, хотя со времени их постройки отжило уже несколько поколений.
Вероятно все же, что это именно исключительный случай длительной сохранности названия мелкого объекта, объясняемый тем, что еще лет 50 тому назад старики помнили и рассказывали о подвигах Антона, убившего однажды медведя оглоблей. Естественно, что имя такого полулегендарного силача долго не исчезает из народной памяти. С другой стороны, вероятно, здесь действовало и обстоятельство иного рода; маленькая лучка на оз. Кодосно меняла свое название с каждым поколением в силу того, что менялся ее хозяин, тогда как Антоновы езы были с самого начала связаны с именем одного человека, построившего это сооружение, потребовавшее исполинских сил.
Таким образом, названия здесь различаются по своему характеру, обеспечивая во втором случае (Антоновы езы) длительную сохранность названия. И, наконец, необходимо учесть, что знание всех подробностей об Антоновых езах сохраняется только в среде местных рыбаков, которые, видимо, дорожат старыми преданиями больше, чем другие.

Источник: Следы времен минувших. Из истории географических названий Ленинградской, Псковской и Новгородской областей. Попов А. И.. Л., «Наука», 1981 | Подробнее →

КомментироватьКартаПриложение